«Выжить в СССР». Воспоминания о жизни в Союзе
Так, тут некоторые читатели в комментариях к моим постам про СССР пишут – ты, Максим, сам в СССР почти не жил, и поэтому сам не можешь знать, как там было на самом деле. А некоторые вообще считают, что я родился уже в девяностые годы – и переубедить их невозможно. Что самое смешное — эти же люди часто имеют «своё авторитетное мнение» по всем вопросам Второй мировой войны, и их нимало не смущает тот факт, что они сами родились на несколько десятилетий позже 1945 года.
В сегодняшнем посте я публикую очень интересные воспоминания об СССР моей фейсбук-френдессы по имени Lari Yanson, которая родилась в 1963 году и много лет прожила в СССР – и её текст во многом перекликается с тем, о чём пишу я. Для удобства чтения я разбил текст на несколько разделов и дополнил иллюстрациями «обычной советской жизни», – пишет Максим Мирович на своей странице в Facebook.
Итак, в сегодняшнем посте – рассказ от первого лица о том, как на самом деле жилось в СССР. Обязательно заходите под кат, пишите в комментариях ваше мнение, ну и в друзья добавляться не забывайте. И да, на ютуб-канал конечно же тоже подписывайтесь)
О ностальгии и идеологическом яде. Интродукция
Но сначала я хочу предупредить, что будет казаться, будто такая маленькая девочка, которой являлась я тогда, не могла бы чувствовать и видеть те вещи, которые видны из настоящего. Но — чудо и факт, я сама удивляюсь этому, но точно помню свои реакции и мысли-чувства из детства, они были именно такими, как я напишу. Это не коррекция из настоящего. Вообще, детская психика устроена намного сложнее, чем мы привыкли думать. Я полагаю, что есть какие-то механизмы саморегуляции, основанные на каком-то «ядре психического здоровья», которые помогают ребенку адаптироваться. Не только помощь окружения, есть что-то свое-свое (пусть я сейчас впаду в ересь), что помогает ребенку освоиться в жизни.
Самые ранние воспоминания-эмоции — это скука. И вот такой серый цвет вокруг, и какая-то дымка и гул. И тошнота, физическая тошнота, я не знала, как называется это чувство (была совсем маленькой), и никак не могу объяснить взрослым, что это такое. А почему меня тошнило? А потому то были нормы кормления — и в меня, как и во многих, впихивали еду. Помню детский сад — огромную нянечку, которая заставляет меня съесть бутерброд с маслом, а я не хочу, а она мне всовывает в рот этот бутерброд и говорит: ты хоть масло слижи. А мне мерзко, противно и обидно, но я такая маленькая, что слов таких не знаю и не могу сопротивляться. Помню эту детсадовскую кашу с куском масла и тарелки с синими буквами. Помню горшки, в которые я проваливалась попой, потому что была очень худенькой. Помню их цвет, эмалированные сизо-сине-серые и холодные.
Я даже помню, как в яслях нас укладывать на балкон спать в конвертах из одеял, я реально помню это сизое же небо под цвет горшков и страх пошевелиться, потом что я не понимала —можно ли? Не упаду ли я? Тогда, конечно, таких слов я не знала и знать не могла, но чувство опасности помню, и эту обездвиженнось, которая еще больше пугала (ведь детей тогда туго пеленали).
Общее ощущение от этих воспоминаний ну совсем не радостно, больше похоже на больницу, чем на детский сад или ясли.
Но я много болела и из детского сада меня забрали. Дом. Опять-таки, я бы не могла сказать, что понимала — что не так (естественно!) Но всё было не так. Сейчас я бы сказала —атмосфера в целом. Но тогда мне было скучно, грустно и одиноко и не красиво. Вот это очень важный момент — когда я попала в квартиру своей первой учительницы музыки со старинной мебелью и большим оранжевым абажуром, запахом старины, с картинками на стенах и кружевом на мебели, я впервые увидела красоту и мне стало хорошо.
Дома же все было, опять-таки серым и унылым. Вообще, я вспоминаю детство до 5 лет, как сюжет черно-белого кино, как будто не было красок. Но ведь так и было! В СССР было мало красивых вещей, не было культа украшения своих жилищ, одежда была унылой и убогой, большинство людей жили бедно. Было круто иметь книги, но не красивый дом, быт, одежду. Это осуждалось, называлось «мещанством». А вот мне почему-то — маленькому ребенку — это было важно!
От скуки я придумывала истории и рассказывала их детям во дворе. Истории были страшными, про приведения и прочую потустороннюю живность. Уж не помню, какими словами, все это описывала, но было страшно. Потом родители этих детей приходили домой к моим родителям и запрещали мне играть с их детьми, потому что те не спят по ночам.
И только спустя лет 20 или больше, я увидела фильм «Семейка Адамс», и поняла, что автор в этой комедии, тем не менее, обыграл некую трагедию «иных людей», которая мне была так хорошо знакома по моему детству. Тогда не было движений Эмо и прочих, узаконивших «темную эпоху» в жизни подростков и детей, не было моделей, на которых можно было отыграть свой личный мрак и депрессию. Не с кем было разделить свою грусть, потому что ведь кругом СССР — радость и счастье!
Не было не только секса в СССР, грусти тоже не было. Ну потому что а как она может быть? Когда треугольные пакеты и газировка за 2 копейки и о нас всех заботится КПСС во главе с товарищем.
Школа. Советский антисемитизм
Школа — опять скука и тоска. Равнодушная учительница в одной и той же вязаной кофте. Ничто не трогало, не вдохновляло. Я пыталась дружить с другими детьми, но не складывалось. Апофеозом такого «не складывается» был один случай уже в пионерском лагере.
Потом мы переехали в центр с Варшавской, мне было 8 лет и я увидела красоты замоскворечных переулков, стала гулять там одна. Это были, наверное, первые положительные эмоции от города. Но там были так же и магазины. Эти изнуряющие очереди, эти люди, которые наваливаются на тебя сзади, это ощущение напряжения, вся очередь гудит и источает злобу и спешку (привет всем, кто говорит, что в 1970-е не было очередей, примеч. М. Мирович). Эти ваши треугольные пакеты с молоком и бутылки из-под ряженки и кефира и крышками из фольги у меня ассоциируются только с этими очередями и запахом тухло сливочного масла в молочных отделах.
Школа — никакой романтики или интереса вплоть до 8 класса, когда появилась химия. Это как же скучно и бездарно надо было преподавать, чтобы не заинтересовать в целом весьма любопытного ребенка?
Утро, хочется спать, но надо вставать. Родители уже встали и накурили на кухне, я просыпаюсь от этого тошнотворного запаха, иду на кухню, там желтый грязный линолеум (грязный, потому что светло-желтый и пористый — на нем мгновенно появляется грязь), душно, в ванной бегают тараканы и тоже мерзко пахнет отравой против них, которая не особо помогает. На стене белое пластмассовое радио, из которого орет Пионерская зорька. О! Эти заздравные голоса, интонации, которые придавали еще больше абсурда происходящему. На плите волосы, потому что фена нет, а мама сушила волосы над газом плиты. Еда не вкусная, все не красиво и уныло, скука и безнадега. Но, не зная другого, и не понимаешь, что может быть иначе. Так и живешь, не живя и не понимая, что не живешь.
Это так, первое, что пришло на ум. А если повспоминать поподробнее, можно припомнить еще много всего, от чего хочется отгородиться и забыть. Но каждый дом, каждая набережная или улица в Москве напоминают именно о том, потому что- это был фундамент, начало жизни и не какие-то несколько лет, а эдак так 20. если считать до Перестройки.
Вот такие воспоминания написала моя фейсбук-френдесса Lari Yanson. Что можете сказать по теме? Запомнили из времён СССР что-то похожее?
Напишите в комментариях, интересно.
Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.
Один день из жизни простого советского человека: так ли хорошо жилось в СССР?
Россиян, жалеющих о развале СССР, с каждым годом становится всё больше — 58%. Об этом сообщил «Левада-центр (НКО, выполняющая функции иностранного агента)» «Интерфаксу». В ходе исследования было опрошено 1600 человек в возрасте 18 лет и старше в 137 населенных пунктах 48 регионов РФ. Среди опрошенных 25% заявили о том, что не жалеют о распаде Советского Союза, и 16 % затруднились ответить на вопрос.
Те, кто сожалеют, расстроены тем, что «разрушена единая экономическая система» (54%), «люди потеряли чувство принадлежности к великой державе» (36%), «возросло взаимное недоверие, ожесточенность» (34%), «разрушаются связи с родственниками, друзьями» (26%), «утрачено чувство, что ты повсюду «как дома»» (25%), «трудно стало свободно путешествовать, поехать на отдых» (15%).
Больше половины россиян (52%) считают, что развал СССР можно было избежать. Мы решили вспомнить советское время и напомнить, как выглядел один день жизни гражданина СССР.
Представьте, что вы проснулись в крохотной комнатушке общежития.
Проснувшись, вы отправляетесь в туалет умываться.
Теперь пытаетесь привести себя в порядок и наводите марафет.
Наконец пришло время завтракать. Что у вас на завтрак? Булка с молоком?
Если вы завтракаете бутербродом с сыром — вам очень повезло.
Не забудьте помыть после себя посуду. Никому не нравятся горы посуды к вечеру.
Вы уже вспомнили, как вчера стирали вещи в машинке-малютке и полоскали одежду в ванной? Посмотрите, белье, которое развешано посреди комнаты, уже высохло?
Пора отводить детей в садик и в школу и ехать на работу. Высокопоставленные бюрократы предпочитают личные автомобили, управляя ими самостоятельно или с шофером, которые являются их привилегией.
«Страну индустрии, державу науки построили наши рабочие руки». Большинство женщин укладывают асфальт на дорогах, красят стены, работают на сортировочных станциях и делают другую ручную работу. А мужчины чаще всего трудятся на заводах.
Время обеда. Как говорится, кто как работал, тот так и ест.
Ваш обед выглядит так.
Наконец-то отработал смену и можно возвращаться домой. В стране с небольшим числом частных автомобилей общественный транспорт играет жизненную роль
Не забудь забрать детей из садика и школы.
Интересно, а чем сегодня занималась ваша дочь? А вы помните, что торговые автоматы отпускают содовую или сок, но без упаковки.
А сына опять выгнали из класса за плохое поведение, но он, конечно, не виноват, это Васька дергал девочек за косички, а не он. Во многих советских классах есть система самодисциплины, в которой один ребенок сообщает о поведении других детей в его или её ряду. Старшие дети не любят таких за то, что те сплетничают.
Вместе с детьми вы отправляетесь на рынок за продуктами.
Планирование советской централизованной экономики было не в состоянии обеспечить людей товарами народного потребления в достаточном количестве. Результат — дефицит, сопровождаемый безумным натиском всякий раз, когда желаемый продукт появляется в продаже.
Уже подходя к дому, вы замечаете весы. Всего за пару копеек вы узнаете свой вес.
После трудового дня вы захотите немного расслабиться. Отстоять несколько часов в очереди? Проще простого.
Терпение. Ваша очередь почти подошла.
Пока стояли в очереди, вы всем рассказали о дочке-умнице и сыне-красавце. Кстати, а чем занимаются сейчас дети?
Немного выпив, вам приходит гениальная идея пойти на дискотеку с друзьями. Визги хэви-металла из окон малогабаритной квартиры и андеграундная рок-звезда, привыкшая к надзору и презрению со стороны властей, вдруг становится нужной организаторам госконцертов, телевизионными продюсерам и звукозвписывающей фирме «Мелодия», самому крупному лейблу звукозаписи в СССР.
Как на самом деле жилось в СССР. Шесть воспоминаний
25 декабря 1991 года принято считать последним днем существования СССР. В этот день с на куполе Кремлевского дворца спустили красный флаг СССР и подняли флаг РФ. Судя по соцопросам, сегодня все больше людей вспоминают те события с сожалением. В частности, число россиян, сожалеющих о распаде СССР, достигло максимума за последнее десятилетие. Согласно опросу «Левада-центра», сейчас об этом говорят 66% респондентов. Среди главных причин, по которым россиянам не хватает СССР, — разрушение единой экономической системы (52%), потеря чувства принадлежности к великой державе (36%) и рост взаимного недоверия и ожесточенности (31%).
Znak.com поговорил с жителями разных регионов страны, а также известными россиянами, о том, как им жилось в СССР, ностальгируют ли они по тем временам и сожалеют ли, что Советский Союз распался.
Максим Шевченко, 52 года, журналист и общественный деятель, Москва:
— О распаде СССР я сожалею, потому что эта была великая держава. Она воплощала в себе уникальную проекцию народов Евразии, а не была наследником каких-то европейских или американских принципов устроения государства. Вопрос только в форматах. Я считаю, что СССР вполне мог модифицироваться в демократическое государство с широкими социальными правами, современной экономикой, частным предпринимательством. Это была настоящая молодая нация с огромной перспективой будущего и очень тяжелой, завоеванной кровью историей. Я жалею об СССР как о нереализованной возможности.
У меня нет ностальгии по Союзу, есть недовольство современным государством и современной системой. Люди, когда ностальгируют об СССР, они ведь ностальгируют не о колбасе за 2 рубля 20 копеек, не об очередях, не о партсобраниях. Маразма было хоть отбавляй. Но это было государство, которое гарантировало право на труд, право на бесплатное образование и медицину. Это было государство, которое защищало своих граждан и давало ощущение перспективы. Современное государство не дает такого ощущения. В СССР, если вы делали шаг от государства, то попадали в некую тень, государству было просто на вас плевать: вы могли отрастить волосы, слушать рок-музыку. Вас никто не трогал. Сейчас государство гораздо больше лезет к вам в мозги. Современный человек уже не может писать, читать, думать, слушать рэп. В СССР это носило больше теоретический характер, так проявлялось некое занудство.
Когда СССР распался, мне было 25 лет. Это был самый прекрасный возраст в моей жизни. Когда вам 18, 20, 25, то где бы вы ни жили, у вас будет все хорошо. Вокруг меня были самые красивые девушки, я был молод, я путешествовал автостопом по огромной стране. Рок-музыка, поэзия — это особая жизнь. Но мне и не нравилось многое. Например, я ушел из комсомола по собственной заявке, поддерживал христианско-демократическое движение. Я понимал, что СССР отстает от современного понимания свободы, и, когда началась перестройка, я искренне верил в то, что мы можем сохранить формат огромного государства, но при этом добиться гражданских прав и свобод. В итоге не получилось ни прав, ни свобод, ни государства.
Наталья Рубцова, 44 года, бухгалтер, Екатеринбург:
— Я не сожалею о том, что СССР развалился. Это была страна, основанная и существовавшая на лжи и насилии. Причем в первую очередь по отношению к собственному народу. Очень рада за Прибалтику, что она смогла вовремя вырваться из «совка», жаль, что у остальных республик это не особо получилось. Ностальгии по СССР у меня тоже нет. Я стараюсь жить настоящим и будущим: своим и своей семьи.
С трудностями в СССР мы сталкивались постоянно. С бытовыми, например, каждый день: талоны на колбасу, масло, сахар. Помню, что мама начинала закупать продукты к новогоднему столу летом. А эскимо я первый раз в жизни попробовала в Ленинграде, когда мне было 12 лет, у нас в Свердловске его просто не было. Обувь отец привозил из Москвы, когда ездил туда в командировки, обои для ремонта — из Ленинграда. С политическими трудностями моя семья столкнулась еще в 1937 году, когда прадеда арестовали и расстреляли по доносу.
Мне кажется, что главным минусом жизни в СССР как раз и был тотальный дефицит, чувство постоянного унижения, необходимость в блате, чтобы что-то приобрести, хоть женские колготки, хоть автомобиль. К плюсам можно отнести возможность для любого ребенка бесплатно посещать спортивные секции, кружки. У нас в классе больше половины ребят занимались различными видами спорта, ходили на занятия в Дом пионеров или музыкальную школу.
Проще и свободнее работать, конечно, в России. Главное — являешься ли ты профессионалом, а для того чтобы стать профессионалом, возможностей сейчас еще больше: доступность высшего или дополнительного образования, иностранные языки, наличие Интернета.
Николай Сванидзе, 63 года, журналист и историк, Москва:
Я не вижу особых оснований сожалеть о распаде СССР. В Союзе меня особо никто не обижал, но режим, который существовал, мне не нравился. Сами по себе реалии Советского Союза у меня ностальгию не вызывают. Я ностальгирую о своей молодости, и не важно, прошла бы она в СССР или в Великом Московском княжестве.
Мне не нравилось ничего из того, чтобы было бы связано именно с СССР. Мне нравились мои школьные и студенческие годы, мои друзья. Это были какие-то личные вещи, которые к режиму не имеют никакого отношения. Лично я ни с какими трудностями не сталкивался, кроме того, что был общий запрет на свободу слова. Но к этому все привыкли, а в детском и юношеском возрасте я много и не думал.
В СССР была определенная стабильность, надежность, уверенность в завтрашнем дне. Мы жили более дружно, но это была скорее привычка коммунальной жизни, когда все жили по баракам и коммунальным квартирам и все привыкли к такому тесному общению. В этом были свои плюсы и свои минусы, последних, конечно, больше. Главное, что сталкивались только на курортах, потому что узбеков видели, только если приезжали в Узбекистан, жителей Кавказа — если приезжали к ним. Все были привязаны к своему месту жительства, миграция была намного меньше, чем сейчас. Неизвестно, что было бы, если бы она была такой, как сегодня. Может быть, дружбы было бы меньше.
Свобод в СССР никаких не было вообще. Выезжать за границу было нельзя, говорить ничего было нельзя, писать ничего было нельзя: свободно писать мог только спортивный журналист. «Динамо» — «Спартак» — 1:2, счет на табло, тут не соврешь. Были времена, когда привязывались даже к длине волос, ширине брюк. Сейчас, конечно, свобод гораздо больше, несопоставимо.
Юрий Кечеджиян, 68 лет, геолог, Ростов-на-Дону:
— У меня неоднозначное мнение о распаде СССР. С одной стороны, Союз для меня — это то место, где я родился, где прожил большую часть своей жизни. Я очень долго гордился своей страной, сверхдержавой, которая одержала великую победу в войне ценой жизни миллионов людей. Еще я ценил жизнь в СССР за спокойное и счастливое будущее, гарантированное на десятилетие вперед и для молодых, и для пожилых. Мне нравилось, что наша жизнь была расписана от нашего рождения до ухода на тот свет. Детские сады, школы, которые давали прекрасное образование, трудоустройство для выпускников вузов, забота о пожилых людях: пенсии, путевки в санатории, на отдых. Я благодарен Советскому Союзу за то, что у нас была возможность гордиться успехами наших соотечественников в космосе, балете, военной сфере, спорте. Особенно ценилось многонациональное государство, отсутствие национальных распрей и антагонизмов.
Но, с другой стороны, мы жили за таким железным занавесом, который отрезал нас от всего остального мира на долгие-долгие десятилетия. Мы не знали, как жили люди за границей, нам все время говорили, что они проклятые капиталисты, угнетенные трудящиеся. Эта невозможность общаться с миром, этот запрет на свободное передвижение — огромные минусы того времени. У нас, выращенных в СССР, не вызывало сомнений то, что мы идем верным путем. Появились такие сомнения лишь на завершающей стадии, потому что коммунистические лозунги были оторваны от реальности. У нас не было элементарных продуктов питания, нормальной одежды. Нашими золотыми словами были — дефицит и блат. КПСС была доминантной, а всякое инакомыслие наказывалось. Все, кто пытался высказать мнение, отличное от мнения партии, становились изгоями.
Наверное, у меня все же нет никаких сожалений. Это история многих десятилетий, раз так случилось, так и должно было быть. Ностальгии по государству тоже нет, есть ностальгия по той молодости, которая уже ушла: по студенчеству, армии, друзьям.
Наше современное общество далеко не совершенно, мы не знаем, что случится завтра, и не можем строить планы на будущее, но свобод и возможностей сейчас, безусловно, больше.
Сергей Корзун, 62 года, основатель и первый главный редактор радиостанции «Эхо Москвы», профессор НИУ ВШЭ, Москва:
— О распаде СССР я не сожалею. Мы ведь не сожалеем о распаде урана, например. Приходит время — империи распадаются, ведь то, что их цементировало, больше не действует. Идея коммунизма была утопией, а социалистическая реальность СССР — воплощенной антиутопией. Иногда я, конечно, ностальгирую по своей молодости, которая пришлась на советское время, но с возрастом всё меньше.
Трудности, с которыми я сталкивался в СССР, перечислять не буду, ведь жизнь тогда была намного менее удобной, чем сейчас. Но и обвинять только советскую власть не возьмусь, потому что революция в технологиях кардинально поменяла жизнь не только в России. Главное, что мне не нравилось в СССР, — это особо извращенная политкорректность, то есть почти официальное двуличие. В брежневские времена на людях надо было говорить «правильные» вещи о роли партии, преимуществах советской экономики, мудрости членов политбюро и лично генерального секретаря ЦК КПСС, а в близком кругу уже вполне свободно обсуждалась реальность: геронтократия, бардак, дефицит всего и вся, тупые идеологические лозунги.
Второе, что мне не нравилось, — практическая невозможность легально заработать побольше денег. Зарплаты при социализме отличались всего в разы, а не в сотни раз, как сегодня. В конце 80-х я сходил с ума от невозможности купить себе квартиру, пусть и небольшую. Решил задачу только в 2000-м, уже в рыночной экономике и с ипотекой.
Третье — нехватка и очереди. Меня ломало в них стоять, поэтому старался обходиться тем, что было возможно купить без них или по блату.
Но было и то, что нравилось. Например, бесплатная медицина, которая действительно была бесплатной, но не совсем медициной. Бесплатное образование — действительно бесплатное, но довольно скучное и догматичное. Кто-то говорит об особом коллективистском духе того времени, мне же кажется, что это миф, идеологема. Люди демонстрировали показной коллективизм ради лояльности власти, а в быту как дружили по своим интересам, так и продолжали дружить.
Первое собственное дело, радио «Эхо Москвы», я начал в 1990 году. Это был еще СССР, но происходил уже закат социализма, Горбачев многое успел изменить в стране. Без всякого сомнения, свободнее и интереснее работать в России, а вот проще, скорее, в СССР. Тогда на работе не «выгорали», а работали в большинстве своем спустя рукава. «Как вы нам платите — так мы вам и работаем» — вполне реальная формула уравнительной социалистической экономики.
Эльвира Дырхеева, 79 лет, пенсионерка, Москва:
— Я не сожалею о развале СССР, ведь сейчас мы живем лучше, чем жили тогда. Возможностей больше и для работы, и для учебы, и для путешествий.
Трудностей и проблем в Союзе было много. Я жила на Байкале и, когда я работала, у нас директор был бурят, главный инженер был бурят. Одно время он хотел поставить меня заместителем, но не мог, потому что на предприятии две руководящие должности занимать должны были русские и еще две — представители другой нации. Я была вынуждена уйти на другую работу. Там спросили, являюсь ли я членом партии. Когда узнали, что да, только тогда согласились принять. Никто не судил о тебе по тому, хороший ты человек или плохой.
Сейчас больше свободы. Тогда что-то не так сказал — и тебя сразу по 58-й статье. Мой родственник был учителем в школе, он сказал что-то несоответствующее и его отправили по этой статье в лагеря. Большой проблемой был квартирный вопрос. Мой отец погиб на войне, а мы с мамой получили квартиру через двадцать с лишним лет после войны, и то она обивала все пороги. Зарплаты были очень низкие.
Были и хорошие стороны. Все нации дружно жили, все были равны, в независимости от того, узбек ты, казах или русский. Несмотря на недостаток во всем, люди были как-то добрее друг к другу, отношения были другими.
Почему Советский Союз был империей лжи
Коммунисты лгали все 74 года своего правления и продолжают лгать сегодня
Все 74 года советской коммунистической власти советские люди жили в условиях двойных стандартов, двойной морали, в рамках навязанных пропагандой идеологически выдержанной вымышленной реальности и абсолютно не соответствующего ей истинного бытия.
В чем конкретно лгали коммунисты?
Разберем их лозунги: «Землю — крестьянам!», «Фабрики — рабочим!», «Мир — народам!», «Вся власть Советам!», «Хлеб — голодным!».
Все эти лозунги были лживы, ни одно из обещаний не было выполнено!
Землю крестьянам не только не дали, но отняли и ту, которая была, а почти всех крестьян принудительно загнали в колхозное рабство: большинство крестьян были лишены паспортов, в силу чего не могли уехать из колхоза, т.е. стали крепостными! И денег они почти не получали — работали за трудодни. Т.е. крестьяне, которые составляли до войны 80% населения, а после войны — 50%, были на положении рабов.
Паспорта всем без исключения колхозникам стали выдавать только с 1976 по 1981 год — по постановлению Совмина от 1974 года!
Ровно такая же ложь была о «хлебе для голодных» — вся история правления коммунистов — это либо тотальный голод, либо продовольственный дефицит. Причем даже в объяснении причин голода коммунисты всегда врали, сваливая все на засуху или неурожай. Да, в России до коммунистов случались неурожаи, но никогда не было такого жуткого голода, как в 1920-х и 1930-х годах, когда умерли миллионы людей! Только в голодомор 1932–1933 года от голода и связанных с ним болезней на Украине, Поволжье, Кубани, в Казахстане умерло около 7 миллионов человек! Причем голодомор был создан искусственно — у крестьян отняли не только выращенное ими зерно, которым они должны были кормить свои семьи, но и семенной фонд! Вот вам и «Хлеб — голодным!».
Не лучше в СССР было и положение пролетариата, который, опять же по лживой коммунистической пропаганде, считался гегемоном, т.е. лидирующим, господствующим классом. Конечно же, никаких «фабрик рабочим» никто не отдал — все предприятия были переданы в собственность государства, а рабочие были принуждены работать на них, бОльшую часть советского периода — за паек, т.е. просто за еду, чтобы не умереть от голода. Это не преувеличение и не фигура речи: если крестьянин, даже почти не получая денег, работая в колхозе за трудодни, все же мог подкармливаться с собственного огорода и, если повезет, что-то еще продать или обменять на промышленные товары, то у рабочих такой возможности не было! Примерно две трети советского коммунистического периода (50 лет из 74) продукты выдавались по карточкам, а получаемые рабочими деньги не были в достаточной мере обеспечены продовольственными и промышленными товарами, т.е. в сущности были просто резаной бумагой.
Попытка изменить ситуацию и наладить нормальное снабжение граждан, предпринятая коммунистами в начале 1960-х годов, несколько улучшила ситуацию, но быстро истощила экономику, что привело к дефициту продовольственных товаров уже где-то к 1972–1974 годам, а с начала 1980-х дефицит стал почти повсеместным.
Не лучше обстояло дело и с лозунгом «Мир — народам!».
Это вообще была сверхциничная ложь! Коммунисты развязывали войны все 74 года своего правления — не только на территории бывшей Российской империи, но и по всему земному шару. Большинство из вас знают только Гражданскую и Вторую мировую войны, некоторые помнят о финской и афганской войнах, а ведь войн было несколько десятков! Советско-польская война 1920 года, советско-китайский конфликт 1929 года (и еще несколько эпизодов в разные годы), война в Испании 1936 года, война против Японии — несколько эпизодов в 1938-м, 1939-м и 1945 годах, корейская война 1950 года, Венгрия, Лаос, Вьетнам, Алжир, Египет, Йемен, Сирия, Мозамбик, Камбоджа, Бангладеш, Ангола, Эфиопия, Ливан, Куба и так далее. В каждой из этих войн погибло от нескольких десятков тысяч до нескольких миллионов человек.
Если смотреть по датам, то трудно найти год, в который СССР не вел бы войну где-нибудь. Т.е. мир был совершенно эфемерный.
Не менее циничным и лживым был лозунг «Вся власть — Советам!». Все 74 года всем заправляли коммунисты, Советы народных депутатов были абсолютно декоративным образованием, а выборы в них — чистой профанацией. Партийные и комсомольские активисты обеспечивали стопроцентную явку избирателей, а избиратели единогласно голосовали за того, кого коммунисты назначили народным избранником. В свою очередь, всенародно избранные депутаты единогласно одобряли решения родной партии — КПСС.
По сути, никакого социализма в СССР никогда не было, а был вариант феодализма с элементами государственного капитализма. Коммунистические вожди были абсолютно идентичны феодалам: Генерального секретаря ЦК (Центрального комитета) коммунистической партии можно было приравнять к царю, членов ЦК — к думским боярам, секретарей обкомов — к губернаторам и так далее. Интересно, что это нашло свое отражение даже в советском кинематографе — посмотрите фильм «Слуга» режиссера Вадима Абдрашитова по сценарию Александра Миндадзе, снятый в 1988 году. Фильм охватывает двадцатилетний период — с начала 60-х до начала 80-х годов XX века. Хозяин области (предположительно — первый секретарь областного комитета коммунистической партии), некто Гудионов, дарит своему водителю Клюеву дом, жену, хор и должность дирижера — за собачью преданность и готовность исполнить любой каприз.
Важно заметить, что 1960-е годы — это уже правление Брежнева, можно сказать, легкая версия коммунистического феодализма.
До того феодализм был жестче и ужаснее — коммунистические баре не столько одаривали своих халдеев, сколько уничтожали тех, кто кланялся недостаточно низко и не кидался лизать сапоги. Кстати, и авторов фильма в те годы расстреляли бы — без вариантов. Хотя все ими показанное — абсолютная правда.
Съемки такого кино и его выход на экраны были возможны только благодаря объявленной М.С.Горбачевым гласности. Из-за политики гласности была развенчана многолетняя ложь коммунистов, не только простой народ, но и члены коммунистической партии перестали верить в коммунистические сказки.
Много лет ложь давала коммунистам некую «индульгенцию» на применение насилия — они с помощью лжи обосновывали необходимость его применения. В разные годы коммунисты с помощью лживой пропаганды убеждали народ в необходимости массовых убийств представителей этого же народа, массовых репрессий, раскулачивания, отъема хлеба у десятков миллионов крестьян, убийства и депортаций целых народов. Как только была развенчана ложь, стало проблемой и применение насилия. В итоге, лишившись двух главных своих инструментов захвата и удержания власти — лжи и насилия, — коммунисты эту власть потеряли. СССР развалился, как гнилой, трухлявый пень! И, что характерно и отрадно, никто из восемнадцати миллионов коммунистов не вышел защищать СССР! А ведь в партию принимали якобы самых идеологически выдержанных, самых честных, самых преданных делу партии и народа! То есть и тут была ложь, тотальная ложь!
Вот вам и цена коммунистической морали и нравственности!
Конечно, СССР развалился не только благодаря политике гласности, перестройке и демократии, объявленной Горбачевым. Главной причиной развала была полная несостоятельность социалистической системы хозяйствования. Пока у крестьян и рабочих коммунисты отнимали почти все, что они производили, экономика держалась на плаву. Как только стали обирать немного меньше, социалистическая экономика стала стремительно загибаться. СССР даже хлебом себя не мог обеспечить: с 1961 года пшеницу закупали у США, Канады и Аргентины. Сегодня только одна Россия экспортирует пшеницы на 15 миллиардов долларов в год! А ведь есть и другие хлеборобные бывшие республики СССР.
Много лет мы, все граждане СССР, видели и понимали лживость коммунистического режима. Каждый вечер в программе «Время» дикторы рассказывали нам о рекордных надоях, о выполнении и перевыполнении планов (ни один пятилетний план за всю историю СССР не был выполнен), а в реальности мы видели пустые полки магазинов. Сыр, мясо, колбаса, кофе и многое другое годами отсутствовали в свободной продаже. Половину жизни можно было провести в многочасовых очередях за изредка появляющимся в продаже дефицитом. В итоге холодильник одержал убедительную победу над телевизором.
Коммунистическая ложь была призвана завуалировать несостоятельность коммунистической идеи, нежизнеспособность социалистической экономики, а также скрыть многолетние преступления коммунистического режима. Но шила в мешке не утаишь: рано или поздно все тайное становится явным.
Сегодняшние попытки коммунистов и поклонников СССР отрицать все это выглядят жалко и ничтожно — ведь десятки миллионов людей застали СССР и прекрасно помнят его убожество, нищету, ложь и преступность.
