Рецензия на фильм «Полночь в Париже»
Очаровательная открытка из Парижа с игривым автографом «здесь был Вуди».
Голливудский сценарист (Уилсон), работающий над книгой, приезжает в Париж со своей невестой. Невеста (МакАдамс) хочет покупать мебель для дома в Малибу и ходить по экскурсиям, а жених мечтает о переезде под какую-нибудь из парижских крыш и долгих прогулках под дождем. Кроме этого, он очень любит двадцатые, и в один из вечеров машина увозит героя на вечеринку, где веселятся Скотт и Зельда Фицджеральды.
Отчего-то новый фильм Вуди Аллена всюду проходит как романтическая комедия, но это, конечно, неправда. То есть Париж здесь через строчку декларируется как «мечта поэта», однако понаехавшие в этот город-сказку герои похожи скорее на лебедя, рака и щуку, которых невесть зачем впрягли в один романтический воз.
Так, писатель Гил исходит мечтой о 20-х, мучает свой роман и по-алленовски нудит. Его невеста бегает за снобом из Сорбонны и вообще довольно неприятная фифа, которую мы видим все чаще со стороны пронизанной скепсисом спины. Нимфа из прошлого (Марион Котияр), какую горе-драматург пытается соблазнить парой сережек, ведет себя поприличнее, но тоже постоянно на что-нибудь отвлекается: то на Хемингуэя, то на карусели.
Впрочем, и самого Аллена все эти метания занимают не то чтобы сильно. Зато режиссер со всей очевидностью наслаждается самому себе предоставленной возможностью поглумиться над всякими там Дали, Бунюэлями и Фицджеральдами, заполняющими кадр с энциклопедической плотностью. В поиске же сколько-нибудь серьезных материй мы натыкаемся на четко проговоренный тезис: фантазия о том, что раньше было лучше, есть не что иное, как глупое романтическое заблуждение. (В лучшем алленовском духе, романтика в главном герое побеждает ипохондрик, вспомнивший, что в 20-х нет пенициллина). Впрочем, и это развенчание оказывается тоже своего рода игрой.
В конце концов, порыв Гила остаться в Париже — также вполне подпадает под действие пословицы о том, по какую сторону забора трава зеленее. Другое дело, что о Париже герои Аллена мечтали еще в «Голливудском финале», а затянувшийся вояж самого режиссера — сначала Барселона с Лондоном, теперь Париж, дальше Мюнхен — вполне может навести на мысль о том, что тот действительно разыскивает место с наиболее ухоженным газонами. И только неизменная фига в кармане заставляет подозревать, что на самом-то деле Аллен предпринял этот евротур с одной целью — однажды вернуться в Центральный Парк. Ведь на самом-то деле ничто не сравнится с Манхэттеном 70-х.
Полночь в Париже
Персонажи
Поиск персонажей
Родилась в Бордо, приехала в Париж изучать моду. Муза Пабло Пикассо, подруга Коко Шанель и бывшая любовница Модильяни. Когда Адриана знакомится с попавшим в прошлое Гилом, между ними завязываются отношения. Адриане кажется, что она живет не в своем веке, и она предпочла бы жить раньше.
Продавец антиквариата, которая предлагает Гилу купить пластинки Коула Портера. Ее же, Гил встречает, когда в конце фильма расстается со своей невестой.
Американская писательница, теоретик литературы. Именно Гертруде Стайн Гил Пендер приносит рукопись своего романа в прошлом.
Музейный гид, который проводит экскурсию для Гила, Инэс, Пола и Кэрол. К ней же Гил обращается, когда ему необходимо перевести дневник Адрианы с французского на английский.
Главный герой фильма, известный голливудский сценарист, мечтающий написать собственный роман. У Гила есть невеста Инэс, с которой он и приезжает в Париж. Однако отношения между ними портятся. В очередной раз не решив, как провести вечер, Гил, оставленный отправившейся на танцы Инэс, прогуливаясь по Парижу, случайно оказывается в прошлом, где знакомится с Фицжеральдами, Хэмингуэем и другими своими кумирами. Мечтает жить в Париже.
Детектив, которого отец Инэс нанял следить за Гилом, чтобы узнать, где тот пропадает по ночам. Случайно попадает глубоко в прошлое.
Отец Инэс, бизнесмен. Приехал в Париж по делам, однако не любит город. Сторонник правого крыла Республиканской партии. Не очень жалует Гила.
Жена Френсиса Скотта Фицжеральда. Сумасбродная и увлекающаяся натура. Временами бывает истерична и капризна.
Невеста Гила Пендера. Девушка из богатой семьи, любит роскошь и деньги. Не понимает желания Гила написать собственный роман, ведь тот уже востребованный сценарист. Была влюблена в Пола.
Американский композитор. Дружит с Фицжеральдами.
Подруга Инэс, с которой они случайно встречаются в Париже. Вышла замуж за Пола. В разговорах любит хвастаться образованностью своего мужа. Часто повторяет за ним то, что он говорит.
Известный художник. Любовник Адрианы, которого она бросает, чтобы сбежать с Хэмингуэем.
Муж Кэрол, которого пригласили читать лекции в Сорбонне.
Разбирается в винах, хорошо танцует, разбирается в живописи и архитектуре. Любит говорить заумными фразами по любому поводу.
F. Scott Fitzgerald
Известный писатель, один из первых, с кем в прошлом знакомится Гил Пендер. Безумно влюблен в свою жену Зельду, но не имеет над ней практически никакой власти.
Мать Инэс. Не одобряет, что Инэс собирается замуж за Гила, тем не менее помогает дочери готовиться к свадьбе.
Известный писатель, с которым Гил Пендер знакомится, вернувшись в прошлое. Именно Хэмингуэй привел Гила Пендера к Гертруде Стайн.
Полночь в париже актеры хемингуэй
«Полночь в Париже» — история о том, как Джил (Оуэн Уилсон) мечтает о богемной жизни в столице Франции 20-х и оказывается там совершенно мистическим образом. Герой знакомится со своими кумирами: Хемингуэем, Фицджеральдом, Дали, Бунюэлем и даже отдает на проверку рукопись своего романа Гертруде Стайн.
Оуэн Уилсон,
Рэйчел МакАдамс,
Мими Кеннеди,
Майкл Шин,
Тьерри Хансисс,
Гийом Гюи,
Элисон Пилл,
Кори Столл,
Том Хиддлстон,
Лоран Шпильфогель,
Кэти Бэйтс,
Марион Котияр,
Леа Сейду,
Эдриен Броуди,
Эдриэн де Ван,
Гад Эльмалех,
Дэвид Лоу,
Лоран Кларе,
Сава Лолов,
Катрин Бенгиги,
Оливье Рабурдин,
Марианна Баслер,
Мишель Вюйермо,
Кеннет Эдельсон,
Атмен Келиф
Вуди Аллен (сценарий)
Потрясающий фильм!! Интересный, яркий, вкусный! Сразу захотелось в Париж! 🙂 Вуди Аллен в своем стиле, а игра актеров великолепна! Броди в роли Дали неподражаем! Всем ценителям красивого кино, этот фильм рекомендован к просмотру!
Это сообщение самоуничтожится через 3 секнды.
Полночь в Париже
Рядовой голливудский сценарист Гил Пендер (Оуэн Уилсон) с претензией на серьезного романиста посещает в компании невесты город мечты – Париж. У него есть желание остаться в этой сказке навсегда и писать книги, а не унылые сценарии. Однако его не поддерживает невеста и ее родня.
Устав от посещений музеев и бутиков в компании нудных друзей второй половинки, он уходит один блуждать по парижским улочкам. Здесь его и настигает волшебство.
Ровно в полночь Гил Пендер оказывается на странной вечеринке, где понимает, что попал в прошлое. То самое, о котором он так мечтал, – Париж великих творцов, где жили Пикассо и Жан Кокто, Фицджеральд и Хемингуэй, Луис Буньюэль, а также Сальвадор Дали, Гоген, Дега. Именно они помогут показать блестящую жизнь и обрести уверенность в себе.
В картине показано, как предположительно жили знаменитые личности, которые на тот момент не являлись легендами, а были обычными людьми со своими пороками и желаниями. Как развернутся и запутаются сюжетные линии? Останется ли наш герой в прошлом или вернется к серым будням? Состоится его свадьба с глупой, пустой Инес?
Вуди Аллен и в этот раз не ударил лицом в грязь. Прекрасные виды Парижа, отличное музыкальное сопровождение. Легкий сюжет смотрится на одном дыхании и способствует возникновению непреодолимого желания посетить город любви.
Персонажи захватывают своей живостью. Главный герой романтичен, любит дождь и сюрпризы, мечтает о своей книге. А его окружение поглощено деньгами, пафосом, не способно оценить красоту города и просто любоваться небом. Показан к просмотру мечтателям и любителям старины.
Настоящее прошлое
Анна Наринская о фильме «Полночь в Париже» Вуди Аллена
Это шестой фильм вудиаленновского «европейского турне», знаменующего, по мнению многих, новое пришествие режиссера, который — казалось — выдохся и снимает уже исключительно для подсевших на него и почти столь же престарелых фанатов. Или вообще просто для собственного удовольствия.
«Полночь в Париже», как и «Матч-пойнт», «Вики Кристина Барселона» и практически все фильмы Аллена последних лет, полностью снята в Европе и на европейские деньги. И на этот раз эти вложения оправдались не только в возвышенном смысле. Это самый успешный в смысле бокс-офиса фильм режиссера со времен «Ханны и ее сестер» (1986) — настолько даже, что профессиональная пресса называла его «реальной альтернативой «Трансформеров» для взрослой аудитории» (в США алленовская комедия вышла одновременно с третьей частью той-трилогии Майкла Бэя).
При этом успех «Полночи в Париже» отражается на количестве проданных билетов не только в кинотеатры, но и на самолеты: фильм Аллена — практически рекламный ролик французской столицы. И, в отличие от большинства рекламных роликов, реально работающий — после полуторачасового просмотра практически неудержимо тянет в Париж.
Эта рекламность, кажется, входила в договоренности режиссера с какими-то европейскими туристическими организациями — но, соблюдая все эти соглашения, режиссер не приносит ровным счетом никаких жертв. И пусть «Полночь в Париже» начинается нарезкой самых знаменитых видов Парижа — от Нотр-Дам до Эйфелевой башни и пирамиды Лувра, но куда больше, чем набор открыток, эти кадры напоминают начало вудиалленовского «Манхеттена». Там было точно так же — только черно-белое, а не цветное, и не про Париж, а про Нью-Йорк.
А когда на фоне города за кадром (как и в «Манхеттене») возникает голос, любители Аллена-актера вздрагивают — настолько он похож на тот самый. И в этом нет ничего случайного: постаревший Аллен, столько лет пытавшийся найти кого-нибудь на роль своего персонажа и испробовавший самые разные варианты, в этот раз предлагает откровенную самопародию. Высокий, широкоплечий, блондинистый и простоватый Оуэн Уилсон — человек с самой гойской внешностью из возможных — тщательно (и нельзя сказать, чтоб бесталанно) копирует нервические повадки Вуди из прошлых фильмов, его интонации, его манеру разговаривать с самим собой, жестикулировать.
«Полночь в Париже» вообще во многом самопародия, или, вернее, ироничное (хоть и романтическое) самоповторение. Это про то же, про что большинство фильмов Аллена. Про поэзию города, про пошлость успеха, про взаимопроникновение действительности и искусства, про то, что самое ценное в жизни и есть жизнь — если она осенена поэзией. А эту поэзию можно найти всегда, даже в наше практичное время, стоит только отшелушить самоуверенность, пошлость, буржуазность, да и просто избыток денег.
Здесь, кажется, Аллен слегка мухлюет. Волшебный вояж в двадцатые, который ночь за ночью проделывает герой, слишком прекрасен — просто потому, что тогда на рояле наигрывал Коул Портер и покачивала бедрами Жозефина Бейкер,— чтобы быть только иллюстрацией этой истины. Здесь, конечно, нет никаких попыток соблюсти биографические точности — встреченные там знаменитости являют собой воплощение наших идей о них. Они, по выражению алленовского героя, «ровно такие, как мы их себе представляли». Хемингуэй — пылкий, благородный, и с первого взгляда видно, что гениальный. Зельда Фитцжеральд — хорошенькая и взбалмошная. Гертруда Стайн — резкая и мудрая. Дали — эксцентричный. И все они прекрасно относятся к путешественнику во времени, принимают в свой круг, дают ему литературные советы, выслушивают его предложения (Бунюэлю он рекомендует снять фильм о группе светских людей, которые хотят пообедать) и знакомят с прелестной девушкой. В ее донжуанском списке — Модильяни, Брак и Пикассо, а вот теперь она благосклонна к нему.
При всей насмешке, относящейся к нашей способности идеализировать прошлое, в том, как здесь показаны двадцатые, есть трепетность — настоящее, не тронутое иронией чувство. Лежащая на поверхности мораль фильма Аллена вроде гласит, что хоть творческому человеку свойственно стремиться в другое время (герой хочет в Париж двадцатых, его обретенная там возлюбленная мечтает о belle epoque, а оказавшись там, узнает, что Гоген с Дега рвутся в Ренессанс), но истина в том, что «настоящее кажется нам неудовлетворительным, потому что жизнь вообще неудовлетворительна». Так что, уговаривает нас и себя Аллен, не нужно совершать экскурсии в прошлое, чтобы убедиться, что улицы Парижа пленительны, а безнадежно застопорившееся писательство еще может обернуться триумфом.
Но это утверждение равной возможности творчества и свободы во все эпохи почему-то кажется попыткой режиссера сохранить верность идее, что «самое ценное в жизни — это жизнь», и даже желанием выдать желаемое за действительное. Когда герой, восхищаясь Парижем, говорит своей будущей теще — богатой американке — что вот Хемингуэй назвал этот город «Moveable feast», «Передвижной праздник», она отвечает: «Здесь пробки — ничего не двигается». И она звучит вполне убедительно.
