«Иллюзия справедливости»: как создаются телешоу про суды
Телевидение и суд
Первые судебные шоу появились на Западе еще в 1940-х годах. Сначала их транслировали по радио, затем начали снимать для телевидения. С тех пор такие передачи захватили весь мир: уже есть целые каналы, посвященные судебным битвам (например, азиатский truTV и американский Justice Central.TV). Многочисленные программы отличаются друг от друга тематикой, продолжительностью, декорациями, но главное – подходом. Их условно можно поделить на три типа.
Первый предполагает съемки реального государственного судебного процесса с настоящим судьей, сторонами и решением, которое затем придется исполнять. Самый яркий пример – американская передача «Пойманный в Провиденсе». В ней муниципальный судья Фрэнк Каприо рассматривает мелкие преступления и дела о нарушении правил дорожного движения, которые затем транслируются на канале ABC6.
Второй подход – создание негосударственного третейского суда и трансляция на телевидении его заседаний. В таких процессах роль судьи исполняет юрист, которому стороны доверили свое дело и решение которого согласились принять к исполнению. За участие в съемках истец и ответчик получают гонорар – обычно он полностью покрывает судебные расходы. В качестве примера можно привести программу «Судья Джуди», которая выходит в США с 1993 года. За годы трансляции она стала одной из самых рейтинговых в истории американского телевидения. Ведет процесс экс-судья Джудит Шейндлин.
Третий подход является самым популярным и предполагает съемки полностью вымышленного шоу с участием актеров и массовки. Первое такое шоу в России – «Час суда» на РЕН ТВ. Программа вышла в январе 2004 года с адвокатом Павлом Астаховым в качестве судьи. Почти одновременно с ним появился дочерний проект «Час суда. Дела семейные», в котором разбирались конфликты между родственниками. Спустя год на Первом канале стартовал «Федеральный судья», а на «России 1» – «Суд идет», которые просуществовали больше пяти лет. Позднее были «Судебные страсти», «Суд присяжных», «Право на защиту». Сейчас на телеканале «Домашний» идут сразу три передачи, имитирующие судебные процессы: «По делам несовершеннолетних», «Тест на отцовство» и «Давай разведемся!»
Сценарий и съемки
Съемки передачи «По делам несовершеннолетних» проходят в павильоне на севере Москвы. Обычно они длятся с утра и до вечера несколько дней подряд: снимают сразу по 13–15 серий. Один сюжет идет в среднем 50 минут. Хотя все участники – это обычные люди и не имеют актерского образования, подготовленный редакторами текст знают наизусть, поэтому запись ведется практически без остановки.
На площадке из-за большого количества прожекторов очень жарко, в перерывах между сюжетами «актеры» выходят на улицу подышать воздухом. Телевизионщики строго следят, чтобы все вели себя тихо, смотрелись в кадре органично, убирали сумки, выключали гаджеты, а на одежде не было лейблов. Это касается даже зрителей, которых не больше 15 человек.
Происходящее на съемочной площадке совершенно не похоже на настоящий судебный процесс, хотя роли адвоката, прокурора и судьи исполняют реальные юристы.
По сюжету школьница приобрела в магазине бутылочку розжига, пришла в гараж, где находился ее одноклассник, и подожгла его. Потерпевший от ожогов скончался. В суде она утверждала, что ни в чем не виновата: горючая жидкость разлилась случайно, а возгорание произошло из-за некачественной электропроводки. Прокурор кричал, что кто-то должен ответить за поджог мальчика, а про плохие отношения между одноклассниками знала вся школа. На это адвокат заявил, что в средние века людей пачками сжигали на кострах и никакой ответственности за это не было. Мама девочки настаивала: ее дочь – практически отличница, следовательно, не могла совершить ничего плохого. Два одноклассника, которых пригласили выступить свидетелями, называли подсудимую «доской» и обвиняли в убийстве, ведь она никому не дала списать контрольную, в результате одна получила пятерку. Третья одноклассница девочку защищала, хотя и недолюбливала. Она заявила, что имеет большой опыт отношений, поэтому поняла, что между ребятами любовь. К концу разбирательства подсудимая призналась: с умершим у нее действительно была любовная связь, которую пара скрывала, чтобы не слышать насмешек одноклассников. Постоянные преследования и издевательства привели к тому, что школьники решили сжечь диван в гараже, на котором они часто коротали вечера. Однако пожар распространился слишком быстро, в результате подросток погиб. Судья приняла решение оправдать подсудимую, а также выступила с напутственной речью. Ее смысл сводился к тому, что родителям надо чаще и доверительнее общаться со своими детьми, а тем не бояться первых чувств и не придумывать лживых историй.
Юридические знания и приятное времяпрепровождение
После передачи мы побеседовали с Викторией Данильченко – ведущей, преподавателем МГИМО, адвокатом, председателем московской «Коллегии адвокатов Виктории Данильченко». Она рассказала, что раньше в программе рассматривались реальные судебные дела, которые предоставляли суды, занимающиеся подростковой преступностью. «Но все же это в первую очередь шоу. Вся тематика программы и ее смысл заключаются не в том, какой я вынесла приговор, а почему он именно такой. Важнее всего, какое напутствие я даю тому или иному участнику процесса», – считает Данильченко. По ее мнению, программа хочет донести до общества, что суды по делам несовершеннолетних – это не способ избежать наказания грабителю, убийце и насильнику, а возможность разобраться в причинах, толкнувших ребенка на преступление, и дать ему шанс вернуться к нормальной жизни. «Когда на скамье подсудимых несовершеннолетний, всегда нужно понимать, что привело его сюда. Скорее всего, это жестокость и равнодушие взрослых. Поэтому для нас главное – диалог между взрослым и ребенком, между судьей и ребенком, между матерью и ребенком. Ведь мы должны не только наказать, но и постараться наставить подростка на путь истинный», – говорит Виктория.
Когда ведущая только начинала участвовать в съемках, читала синопсис, делала пометки, готовила речь. «Сейчас я позволяю себе даже не открывать сценарий. На проекте это разрешено только мне. Если ты знаешь, что тебя ждет, как поведет себя герой и что скажет в ту или иную минуту, интерес пропадает. Для меня съемка каждого эпизода – реальный судебный процесс, в ходе которого я выясняю все аспекты дела, устанавливаю, кто прав, а кто виноват. Именно поэтому я ничего себе не пишу, не использую никаких заготовок», – объяснила Данильченко. При этом она призналась, что больше волнуется перед реальными слушаниями в суде, чем перед несколькими телекамерами: «Все же телевидение – это одно, при любом неудачном дубле его всегда можно переписать. В жизни все иначе. Здесь реальные истории, человеческие судьбы, а значит, я не имею права на ошибку».
По мнению Данильченко, популярность шоу, имитирующих судебные процессы, можно объяснить двумя факторами: «Первый, очень хочется, чтобы он был основным, – люди действительно начали осознавать собственную правовую безграмотность. А судебные шоу – отличная возможность получить элементарные юридические знания на простом языке. Вынести из таких передач урок о том, как нужно себя вести или, наоборот, чего нельзя делать ни при каких обстоятельствах, можно, не обладая никакими специальными знаниями. Второе объяснение достаточно банальное. Судебные ток-шоу – это своеобразный детектив: за одну серию зритель узнает обо всех обстоятельствах преступления, о преступнике, а еще и о назначенном наказании. Для многих это приятное времяпрепровождение после тяжелого рабочего дня, не требующее особых эмоциональных затрат». При этом Виктория опасается, что из-за таких передач у людей может сформироваться превратное представление о судебном процессе: «Рождается иллюзия, что суд – это место полного порядка и бесконечной справедливости. К сожалению, в жизни все совсем не так. Попадая на реальное заседание, человек нередко получает как минимум эмоциональный шок от безобразия, которое там порой творится. Бесконечное ожидание в коридорах судов, абсолютная отстраненность судей. Когда судебная система в нашей стране поменяется в лучшую сторону, неизвестно. Пока нам приходится только мечтать, что в настоящих судах наступит порядок, и наслаждаться красивой телевизионной картинкой».
Песни, квартиры, кредиты: из-за чего судятся российские звезды
Развод на сотни миллионов и наследство с уголовкой
Так, прошедшим летом завершился раздел имущества между экс-супругами юмористом Евгением Петросяном и народной артисткой Еленой Степаненко. Судебный процесс растянулся на три года, а предметом спора стали активы стоимостью около 700 млн руб. Пара совместно владела шестью квартирами в центре Москвы, машино-местами и участком площадью 3000 кв. м с особняком. Судья Наталья Шевьева постановила разделить имущество поровну. Кому и что досталось — неизвестно, текст акта на сайте суда пока не опубликован (дело № 02-0001/2021). Обе стороны уже обжаловали такое решение в апелляцию. Сейчас этот спор рассматривает Московский городской суд (дело № 33-39663/2021).
Порой подобные разбирательства обрастают уголовными делами. После смерти народного артиста СССР Алексея Баталова в 2017 году часть его имущества отошла «друзьям семьи» — артистке Наталье Дрожжиной и ее мужу юристу Михаилу Цивину.
Оказалось, что те якобы обманом заставили вдову актера, действовавшую от имени дочери, подписать договоры пожизненного содержания с иждивением. Предметами соглашений стали три объекта жилой и нежилой недвижимости в центре Москвы. Вмешательство столичного прокурора помогло признать такие договоренности недействительными и вернуть имущество родным Баталова (дело № 02-0841/2021).
Параллельно этой ситуацией занялись и следователи СКР, которые готовятся передать в суд материалы дела о мошенничестве (ст. 159 УК). Его фигуранты — Дрожжина и Цивин.
Интеллектуальные споры знаменитостей
Будучи творческими личностями, знаменитости сталкиваются и с очень специфическими проблемами, которые касаются вопросов авторского права и смежных прав, защиты чести и достоинства, замечает Любимова. Прошлым летом судья Роман Силаев постановил полностью удовлетворить иск Кристины Мартиросян и частично прекратить охрану товарного знака «Кристина», который зарегистрировала певица Алла Пугачева (дело № СИП-197/2020).
Мартиросян — ИП из Нового Уренгоя, основательница ООО «Кристина», которое занимается производством хлеба и кондитерских изделий. Своей продукцией истец торгует в двух фирменных магазинах в Новом Уренгое. А Пугачева зарегистрировала на себя бренд «Кристина» на 18 классов товаров и услуг еще в 1997 году. Правовая охрана на него действует до 2026 года.
Мартиросян просила снять с этого товарного знака правовую охрану для двух классов, которые касаются производства хлебобулочных и кондитерских изделий, работы кафе и кафетериев. В своем иске предпринимательница указала, что Пугачева не использует товарный знак в этих сферах. Суд согласился с этими доводами и снял правовую охрану с товарного знака «Кристина» по классам МКТУ 30 и 41.
А певица Земфира в начале лета 2021 года подала в Центральный районный суд г. Калининграда иск на 1,5 млн руб. о защите чести и достоинства против писателя и музыканта Евгения Гришковца (дело № 9-758/2021
М-3206/2021). Поводом для обращения в суд стало его интервью в программе «Би Коз» 27 мая, где ответчик прокомментировал новый альбом исполнительницы «Бордерлайн».
В иске Земфиры отмечалось, что распространенные сведения «носят порочащий характер, символизируют антисоциальное, антиобщественное поведение — наркоманию — и не соответствуют действительности, поскольку нет достоверных доказательств, что певица Рамзанова З. Т. является «наркоманкой». Также истец утверждала, что слова Гришковца негативно повлияли на ее репутацию и на отношение к ней близких, друзей и поклонников.
Правда, по существу требования певицы так и не рассмотрели. Иск ей вернули из-за неподсудности этому суду. На чем спор пока и завершился, Земфира больше не пыталась судиться с Гришковцом.
В сфере интеллектуальной собственности селебрити чаще всего конфликтуют из-за незаконного использования своего творческого труда или из-за нарушения договорных обязательств. В музыкальной индустрии артисты и авторы нередко судятся из-за незаконного использования своей музыки в рекламе, кинофильмах, телепередачах или цифровых музыкальных сервисах. В последнее время увеличилось количество споров артистов с лейблами из-за перехода артиста от одного лейбла к другому.
Роман Лукьянов, управляющий партнер Semenov & Pevzner Semenov & Pevzner Федеральный рейтинг. группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) ×
Суды за границей и мировые соглашения
Некоторые судебные споры с участием звезд российского шоу-бизнеса выходят за пределы отечественной юрисдикции. Известный продюсер Владимир Москалев, живущий сейчас в Канаде, уже несколько лет судится с Владимиром Винокуром.
При этом не все спорные ситуации с участием «звездных» клиентов доходят до суда, признается Любимова: «Мы всегда стараемся усадить стороны конфликта за стол переговоров». Часто такие переговоры с участием юристов бывают весьма эффективны и приводят стороны к компромиссу, добавляет она.
Практика подтверждает тезис эксперта. В начале лета 2021 года Московский городской суд утвердил «мировую» между латвийским банком ABLV Bank и Филиппом Киркоровым (дело № 33-15952/2021). Певец задолжал кредитной организации €780 000 по ипотечному займу, который брал для покупки квартиры.
Сам ABLV Bank ликвидировали в 2018 году. Как пояснял представитель Киркорова Александр Добровинский, из-за закрытия банка реквизиты для погашения долга изменились, поэтому его клиент перестал платить. При этом певец не отрицал наличие долга и был готов рассчитаться с ним.
До ликвидации ABLV занимал третье место по величине среди латвийских банков. Иск к российскому исполнителю подала ликвидационная комиссия, которая взыскивает средства в конкурсную массу.
Эксперты: «Юристу надо быть еще и психологом»
Учитывая, что известность клиента — главная особенность таких дел, очень важна правильная работа с ним, подчеркивает Любимова. Она объясняет, что доверитель может дать опрометчивый комментарий в прессе или как-то излишне подсветить ситуацию, к которой не стоит привлекать внимание. Злую шутку может сыграть и репутация клиента. То, что нелегко узнать и доказать в отношении простого гражданина, часто легко сделать, если речь идет о медийной персоне, замечает она: «Информация в СМИ, социальных сетях всегда на виду и в публичном доступе».
Бывают и положительные моменты. У нас в практике был случай, когда наш клиент лично пошел в канцелярию суда, когда ее сотрудники необоснованно долго не выдавали исполнительный лист по его делу. Сфотографировавшись со всеми желающими и раздав автографы, доверитель вышел из здания суда с заветным документом.
В моей практике были случаи, когда судья недвусмысленно настаивала, чтобы звезда, которую мы представляли в процессе, лично явилась на заседание хотя бы раз. Всячески намекая, что в таком случае она будет лояльнее относиться к правовой позиции, занимаемой адвокатами. Бывает и обратная ситуация: появление медийного персонажа в процессе вызывает большую настороженность судьи, который начинает думать о своих действиях, чтобы его не заподозрили в предвзятости.
Станислав Данилов, партнёр КА Pen & Paper
При этом знаменитости, как правило, люди творческие и эмоциональные, потому юристу в таких делах придется побыть немного психологом, предупреждает эксперт. Да и самому литигатору надо иметь сильную эмоциональную подготовку для участия в подобных спорах. Работать придется в зоне экстремального внимания прессы. Не все, что напишут или покажут понравится вам или клиенту, предупреждает Духина: «А писать и показывать скорее всего будут много. В том числе лично про того, кто защищает интересы «звезды» в суде». И с этим надо будет смириться.
Что происходит с судебными шоу на российском телевидении
Адвокат Павел Астахов
Виталий Белоусов/РИА «Новости»
Детективы давно стали одним из наиболее популярных жанров развлекательной литературы и кино. Преступление, совершенное кем-то неизвестным, проницательный детектив, едва заметные невооруженным глазом улики — и как апофеоз, наказание преступника. То есть суд. Телевидение тоже делало популярный продукт и с момента своего становления не чуралось классических детективов. А вот жанр судебного шоу был решением, наверное, не самым очевидным — хотя и менее затратным, чем съемка очередного сериала или фильма.
Арбитраж как решение
Джудит Шейндлин, ведущая шоу «Судья Джуди»
Первые судебные шоу появились на Западе еще на радио, а в конце 1940-х мигрировали и на телевидение. Тогда в США вышло сразу несколько похожих передач вроде «Перед судом» (On Trial) или «Ваш свидетель» (Your Witness) на канале ABC, перебравшийся с радио «Famous Jury Trials» — в общем, уже к концу 50-х их было очень много (при том, что часть программ-первопроходцев успела закрыться). Быстро был выработан общий подход к созданию таких шоу, основным элементом которого стала обязательная драматизация дела, рассматриваемого в телесуде, —
за отведенное время выпуска нужно было создать некую интересную коллизию, которая разрешалась в конце.
А уж были ли судебные шоу основаны на настоящих делах настоящих судей, кто именно сидел в судейском кресле (например, это мог быть отставной юрист или просто актер), был ли суд третейским (когда обе стороны согласились принять его решение к исполнению) или же постановочным — это не имело никакого значения. Ни для аудитории, ни для авторов программ.
Как и все жанры-долгожители, судебные шоу к середине 90-х годов оказались в чем-то вроде застоя — и нашли выход из этого положения:
почти полностью ушли от постановочных дел в область арбитража, постановления которого обязательны для участников.
Участники же таких шоу, в свою очередь, получают некий гонорар за то, что их внутренние дела становятся достоянием многомиллионной аудитории. Такое положение привело к тому, что судьями в шоу приглашались только те, кто имел хоть какой-то юридический опыт, — доверять свою судьбу актерам было бы все же чересчур. Самым ярким примером такого подхода стала программа «Судья Джуди» — она выходит с 1993 года (сейчас на CBS), а ведет ее отставной адвокат и судья Джудит Шейндлин.
Судимы будете: почему судебные шоу так популярны на российском телевидении?
На телеканале «МИР» стартовал новый сезон правового шоу «Мировое соглашение». В каждой программе три истории – конфликты между родственниками, друзьями, бывшими возлюбленными. Ведущие Дмитрий Агрис и Елена Пушкина докажут, что даже в таких сложных вопросах, как определение отцовства, раздел имущества и возврат долгов, можно прийти к компромиссу.
Смотрите на телеканале «МИР» с понедельника по четверг в 17:00 правовое шоу «Мировое соглашение».
Почему юридические ток-шоу приобрели в последние годы такую невероятную популярность? Какие особые струны души телезрителей они затрагивают? Об этом мы решили поговорить с экспертами.
Надежда на справедливость
«Конечно, это струны нашей веры и надежды на справедливость, на то, что она реальна, существует и обязательно должна победить и восторжествовать. Хорошая, родом из детства, вера в идеальный и безопасный мир», – сказал в интервью «МИР 24» психолог Алексей Фуреев.
«Такие шоу популярны потому, что позволяют удовлетворить потребность в ощущении себя в безопасности, в сопричастности к большой системе государства, которая гарантирует справедливую защиту и покровительство хорошему человеку, то есть тому самому, кто смотрит это шоу», – считает психолог.
«И еще один важный момент. Очень часто человек чувствует себя тревожно в современном, быстро меняющемся мире. Мире, в котором мораль, нравственность постоянно подвергаются сомнению, как что-то относительное и непостоянное. И совсем иное дело, когда речь заходит о судебном процессе. Вот как бы говорит себе человек – есть же и истина и способ ее утвердить – закон и судья, который из двух мнений всегда может выбрать единственно правильное», – говорит Фуреев.
«Но и судебная власть очень часто подвергается нападкам и незаслуженным обвинениям, формируя тревожность, и неуверенность человека в способности защитить и отстоять свои права, – продолжает Алексей Фуреев. – Поэтому люди хотят знать, что и как «там» работает, поэтому они смотрят подобные шоу, а также фильмы и сериалы о судебной системе».
С этим согласен и психолог, психоаналитик Александр Скуртул. «С точки зрения психоанализа, человек цивилизованный – это человек тревожный, – говорит он. – Мы вынуждены не только учитывать морально-нравственные негласные требования общества, но и соблюдать требования административно-уголовного кодекса. При нарушении его требований – умышленно или случайно – нас ждет наказание. И это определяет постоянную тревожность каждого гражданина на глубинном уровне. И чем более непонятна эта сфера, тем больше тревожности».
«Судебные шоу позволяют нам узнать больше о волнующей и потенциально грозящей нам области, за счет чего понизить уровень тревоги. Плюс, разумеется, мы просвещаемся по поводу конкретных пунктов кодекса, мер наказания и выясняем, как работают системы расследования, обвинения, защиты и наказания», – говорит Скуртул.
Кроме того, по словам Александра Скуртула, судебное заседание, по сути, является концентрированной детективной историей, которые все любят. А стилизация под настоящий процесс добавляет эффекты реалити-шоу, то есть стимулирует интерес наблюдателя.
Плюсы и минусы судебных шоу
По словам психологов, нельзя однозначно сказать, полезны ли судебные шоу. По словам Алексея Фуреева, минусы появляются при превышении некой меры. Не использует ли человек эти передачи, чтобы отвлечься и уйти от решения своих жизненных задач, не погружается ли он чрезмерно в переживание чужих проблем, эмоций, – в вымышленный мир? Вот вопросы, которые отделяют вред от пользы.
«Кроме того, все мы понимаем, что настоящие судебные заседания откровенно скучны, – говорит Александр Скуртул. – Для компенсации этого недостатка создатели идут на усложнение. И эту грань между реалистичностью и надуманностью очень сложно соблюсти. Часто сюжеты выходят чересчур неправдоподобными и гротескными, что отталкивает зрителя с критическим мышлением, мешая восприятию действительно ценной юридической информации. Добавьте к этому «бюджетную» игру актеров и отсутствие динамики ввиду формата, и вы поймете основные минусы таких шоу».
Однако, по словам эксперта, несомненный плюс в том, что в шоу используется конкретика из реально действующих нормативно-правовых актов, за счет чего повышается правовая грамотность зрителей. Также такие шоу несут в себе мораль и воспитывают гражданскую сознательность. Человек четче уясняет, что при совершении противоправного поступка его ждет вполне конкретное наказание согласно закону.
«Еще одним плюсом можно назвать интерес, которые возникает у детей, подростков, к этой профессии и области знаний, – говорит психолог Алексей Фуреев. – Но самое главное не это. В психологии есть такой прием, когда человеку, обратившемуся за помощью, рассказывают истории других людей, прошедших через похожие проблемы. И слушая чужую историю, человек находит внутри себя силы справиться со своей ситуацией, он вдохновляется и получает рабочие модели поведения».
И зритель может, вдохновившись чужим примером, отстоять и свои права, защитить свои интересы в суде и через это улучшить качество своей жизни. Так что смотрите юридические программы, но не увлекайтесь ими чрезмерно: помните, что это все же шоу, а не реальные судебные заседания.
Дела судебные. Новые истории
Ваш избранник оказался героем не вашего романа? Вас унизили и оскорбили? Ваш дом больше напоминает «палату №6»? Вы уже не в силах укрощать строптивость ваших близких? Помните, из любой трагедии можно извлечь полезный урок. Наши судьи берутся за самые сложные и запутанные дела на территории СНГ. Смотрите «Дела судебные. Новые истории» на телеканале «МИР», и мир придет в ваш дом!
Смотрите на телеканале «МИР» по будням в 15:05 и в 16:20 и в пятницу в 15:05.
Хотите стать участником программы? Пишите на электронный адрес: dssud@mail.ru
Звоните в нашу бесплатную юридическую консультацию по телефону: +7 (800) 500-53-90. Звонок из Москвы и по России бесплатный. Консультация работает по будням с 10:00 до 18:00.
НОВЫЕ ЭПИЗОДЫ
«Межгосударственная телерадиокомпания «Мир» была создана в 1992 году Соглашением глав государств-участников СНГ в целях освещения политического, экономического и гуманитарного сотрудничества, формирования общего информационного пространства и содействия международному обмену информацией
Онлайн-трансляция эфирного потока в сети интернет без согласования строго запрещена. Трансляция эфира возможна исключительно при использовании плеера и системы онлайн-вещания Закрытого акционерного общества МТРК «Мир».
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-50090 от 06 июня 2012 года. Свидетельство выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Все права на любые материалы, опубликованные на сайте, защищены в соответствии с российским и международным законодательством об авторском праве и смежных правах. Любое использование текстовых, фото, аудио- и видеоматериалов возможно только с согласия правообладателя (МТРК «МИР»).
