Самолюбие и самоуверенность
Эта тема мне видится очень обширной, и охватить ее всю в одном посте явно не получится. На мой взгляд, говоря о больном самолюбии, попутно мы непременно затронем десятки различных психологических тем: неуверенность, нарциссизм, перфекционизм, различные виды защит (подавление, перенос, отрицание, избегание и т. д. ), тщеславие, амбициозность, пирамида потребностей Маслоу, этот список можно продолжать и продолжать, все зависит от каждого индивида в отдельности.
Что есть самолюбие?
Здоровое самолюбие – адекватная самооценка, способность видеть себя со стороны, осознавать истинные цели, действия и их возможные последствия, уметь принять свои чувства – без попыток спрятать их или от них убежать. Кроме того, это умение быть «здесь и сейчас», корректно истолковывать информацию окружающего мира, например критику
Болезненным является восприятие критики окружающих в свой адрес; еще чаще – больное самолюбие «затуманивает» взгляд и вместо обычного дружелюбного совета или даже просто обычной шутки, человек способен отнести услышанную фразу к разряду «критика» (защита – цензура (отбери то, что нужно)) и абсолютно перевернуть сказанное оппонентом в совершенно другой ракурс. Результат не замедлит себя ждать – например, смех окружающих или их разумная попытка вразумить (зависит от ситуации). И опять «грабли»: они надо мной смеются? Или: они пытаются меня перевоспитать?
Дальнейшее развитие событий непредсказуемо. Может последовать как, например, агрессия (как отрицание, подавление, непринятие собственной неправоты), так и месть (мелкие пакости «дай мне пинка»), так и полная подавленность, уход в себя и т. д. Все это сопровождается отсутствием чувства юмора, хотя смех окружающих адресован не лично говорящему, а абсурдности ситуации. Однако говорящий абсолютно уверен в смехе именно над ним, поэтому для реабилитации начинает оправдываться, что еще больше смешит окружающих. Капкан закрылся.
В каждом обществе есть хотя бы один такой персонаж. Его невозможно не заметить. С одной стороны, он тянется к людям, с другой – идет от них, а иногда – против. По моим наблюдениям, окружающие для такого персонажа делятся на 2 группы: те, от кого нет угрозы и те, кто несет угрозу. Среди первых, больше сочувствующих/поддерживающих; среди вторых – любители, пользуясь случаем, извлечь выгоду, сесть на шею.
Кроме того, для людей с больным самолюбием характерны попытки все контролировать, всех подмять под себя. Абсурд в том, что движимые страхом (и не принимающие его) они не то, что ничего не контролируют, совсем наоборот – они сами становятся подконтрольными незаметно для себя, наивно полагая, что все под их контролем. Далее, будучи мнимо уверенными в своей правоте, они становятся чрезмерно самоуверенными (что нельзя не заметить), явно то не дооценивают, то переоцинивают свои возможности, иногда стремятся к тщеславию – потребности быть замеченным, оцененным. Конечно, какая-то доля аплодисментов им перепадает, но настоящие аплодисменты будут только тогда, когда человек сам себя примет: перестанет чрезмерно себя критиковать, унижать, примет общество таким какое оно есть, не пытаясь переделать его под себя, примет правила этого общества и проявит настоящее уважение к нему.
Как различить: что есть настоящая ценность признания, а что пустое тщеславие?
Самоуверенный (то есть на самом деле неуверенный) человек стремится к доминированию над окружающими, к славе, к власти. Он спорит буквально по любому поводу и постоянно попадает в «скользкие» и конфликтные ситуации, болезненно самолюбив и излишне обидчив. Самоуверенный считает, что жизнь постоянно бросает ему вызов, поэтому многие обыденные обстоятельства становятся для него настоящей проблемой.
Самоуверенные люди прячут свои комплексы под агрессивностью, показной храбростью, эгоистичностью, высокомерием, бравадой и даже внешней невозмутимостью. Основы как уверенности, так и самоуверенности закладываются еще в детстве: многое зависит от внешних факторов (к примеру, развода родителей) и воспитания. Неправильно воспитанный индивид вырастает злым, пассивным, обидчивым, суетливым. Эти негативные качества он прячет под маской самоуверенности.
Самоуверенный человек берёт нахрапом, иногда это прокатывает, но при повторных попытках незнание и нехватка опыта дадут о себе знать, и человека ждёт провал. Причем, для самоуверенных людей в глубине этот провал будет очень болезненным, хотя внешне они могут это скрывать.
Уверенные в себе люди признают как свои сильные стороны, так и недостатки, адекватно оценивая свои возможности. Они легче переносят трудности, зная, что только с опытом приходят практические навыки в той или иной области.
Обращаясь к первому абзацу, еще раз отмечу, что эта тема пересекается с 10 других, все описать вкратце затруднительно, поэтому предлагаю перейти к брифингу, обменяться мнениями, историями из жизни.
Несовместимая с жизнью гордость
| « | — Никогда, — принялся вдруг чревовещать Ипполит Матвеевич, — никогда Воробьянинов не протягивал руки. — Так протянете ноги, старый дуралей! | » |
| — И. Ильф и Е. Петров, «Двенадцать стульев» | ||
| « | — Берегись, гордыня губит и великанов. Поверь мне, я знаю | » |
| — Мата Нуи говорит Туме, попутно ударяя Туму в слабое место. «Бионикл: возрождение легенды» | ||
Как известно, гордыня — смертный грех. Иногда — в буквальном смысле слова. Если в художественном произведении персонаж сделал/отказался сделать нечто по велению гордости и, как следствие, погиб — вуаля, это наш троп.
Троп является амбивалентным — то есть, неважно, хорошо или плохо поступил персонаж, поставив гордость на первое место, а жизнь на второе. Возможно, он подал всем хороший пример, отказавшись встать на колени перед захватчиком или отступить в смертельном бою. Возможно, он свалял выдающегося дурака и пропал ни за грош. Принципиальна только ситуация, в которой нужно было выбирать между гордостью и жизнью — и персонаж выбрал гордость. Если кавалерия прибыла вовремя и героя все-таки спасли, или враг оставил его умирать, а он выпутался, или тело так и не нашли, а потом оно вернулось здоровым — это все равно идет в зачет, ведь герой выбирал путь к смерти всерьез.
Да, мы помним, что выбрал герой первого эпиграфа. Месье, же не манж па сис жур!
