Что значит *ориентация север*.
Вопрос решен и закрыт.
Лучший ответ
Liksy 6 (8346) 2 4 18 12 лет
Ориентация Север. Я хочу чтоб ты верил. Я хочу, чтоб ты плакал
Ответы
Emax 7 (79392) 15 355 971 12 лет
А может еще какая отличающаяся от гетеросексуальной ориентации)))
win95cih 7 (27594) 4 27 89 12 лет
спроси у Лолиты, что она имела ввиду ж)
SVnagel 6 (10437) 5 26 79 12 лет
наверно охолодела к любимому
arturikk_xexe (33) 7 (32266) 3 100 378 12 лет
:)))) nu raznije bivajut orientacii, ktoto gomoseksualist, pedofil. nu a ktoto serverist! 🙂
Мечты о суровом сибирском мужике
Partymaks 6 (9833) 3 13 34 12 лет
типо курс на север
glazki 8 (164967) 5 238 892 12 лет
)))ну да)))явот тоже. когда слушаю эту песню Лоллиты)удивляюсь)))как она ориентируется))))чтобы поверить кому-то и самой себе)))
postebajemsja 7 (59557) 4 30 131 12 лет
Rapsody (32) 5 (4424) 1 12 28 12 лет
Заморозить отношения.
Стать Снежной королевой.
El_Favorite 6 (5724) 2 5 15 12 лет
Идти на север!) Не на восток, запад, юг, а на север! И некуда боле!
Bruce (43) 6 (7051) 3 7 24 12 лет
В Сибирь! ))
Слыхал, что Лолка сама так на одном концерте прикололась.
Похожие вопросы
Что значит северная ориентация
Мик Эшворт. Почему Север сверху? Как появились условные знаки, проекции и масштаб на картах. М.: Паулсен, 2021. Перевод с английского З. А. Мамедьярова. Содержание
Север
Ориентация наверх
В 1997 г. Эшли Симс выпустил атлас дорог Великобритании, который призван был решить давнюю проблему: автор утверждал, что его «перевернутая карта» позволит «проще и безопаснее путешествовать с севера на юг». Половина карт в атласе имела обычную ориентацию (Север сверху), а другая половина повернута на 180°. Предполагалось, что такой подход положит конец необходимости вертеть карту в руках, чтобы читать названия и понимать, когда следует совершить левый поворот, а когда — правый.
Такой подход может показаться весьма нетрадиционным; однако нет никакого четкого правила, определяющего, как должна быть расположена карта, — ведь Земля не имеет ни верха, ни низа. Традиция изображать на картах север сверху стала общепринятой лишь в XIX в. До этого картографы располагали изображения на картах в разных направлениях, часто скорее следуя культурным и религиозным традициям, нежели географическим и иным научным правилам.
Слово «ориентироваться» происходит от латинского «oriens», что значит «восток», так как именно восток находился в верхней части многих старинных карт. Судя по всему, верх карты всегда считался более значимым, чем низ, а потому в верхней части располагалась та сторона света, в направлении которой находились важные для господствующей культуры и системы верований объекты, — например, резиденция императора (на которого полагается смотреть «снизу вверх»), Мекка, восход, Полярная звезда, рай. Высказывается мнение, что, после того как закрепилась традиция изображать север вверху, северное полушарие стало считаться более важным, чем южное.
Раньше всего располагать изображения на картах в соответствии со сторонами света стали в Древней Месопотамии. Первая известная карта, ориентированная на восток, — карта Нузи (ныне Йорган-Тепе, Ирак), вырезанная на камне примерно в 2300 г. до н. э. На большинстве древнегреческих и древнеримских карт вверху был изображен север, однако на ранних картах Рима, вырезанных на мраморных плитах, например, на «Мраморном плане города» (ок. 203–208 н. э.), вверху был юго-запад — в этом направлении находилось главное городское святилище. Древнекитайские карты обычно были сориентированы на север, что, возможно, объясняется изобретением магнитного компаса в период династии Хань.
На самой старой из сохранившихся карт с реалистичным изображением Британии — англосаксонской карте мира, или mappa mundi (1025–1050), вверху находился восток. Европейские христианские карты эпохи Средневековья, включая, пожалуй, самую знаменитую карту того времени, Херефордскую карту мира, помещали сверху Эдем, или рай, который, как считалось, располагался к востоку от Европы; в центре карты был изображен Иерусалим. Арабские карты, например карта аль-Идриси, напротив, помещали сверху юг — священное направление в религии зороастризма, а также направление на Мекку из Багдада и других важных культурных центров Ближнего Востока.
Копия (XVI в.) карты мира, составленной арабским географом аль-Идриси и приведенной в его книге «Развлечение истомленного в странствии по областям», ок. 1154. Из книги «Почему Север сверху?» (с. 14)
Переход к картам с севером наверху был обусловлен тремя ключевыми факторами: в XII в. в Европу из Китая пришел магнитный компас; в XV в. были заново открыты работы Клавдия Птолемея (ок. 100 — ок. 170 н. э.); в 1569 г. Герард Меркатор составил свою знаменитую карту мира. По мере развития навигации в эпоху Великих географических открытий и все более широкого применения заложенного Птолемеем «научного» подхода иные способы отображения сторон света на картах стали вытесняться, и северу вполне логично был отдан приоритет. Эта традиция была закреплена появлением карты Меркатора, ориентированной на север и выполненной в проекции, которая привела к перевороту в методах навигации. Представители разных народов и культур все чаще делились друг с другом географическими знаниями; морские карты, составленные в разных странах и по разным правилам, находили все более широкое применение — все это усиливало потребность в стандартизации карт.
И все же правила существуют, чтобы их нарушать, и картографы нередко отступают от традиционного изображения севера сверху. Один из таких примеров — «Универсальная скорректированная карта мира Макартура», где сверху изображен юг. Опубликованная в Австралии в 1979 г., она, как утверждается, была призвана «спасти нашу великую, но обделенную вниманием страну от безвестности. и поставить на законное место — выше северных соседей». Австралия на этой карте располагалась сверху — а значит, никто уже не мог позволить себе шутку, что она находится снизу.
Универсальная скорректированная карта мира Макартура, 1979. Из книги «Почему Север сверху?» (с. 15)
Чем бы мы ни руководствовались — здравым смыслом, политическими или религиозными убеждениями — теперь у нас есть возможность повернуть карту в своем телефоне или навигаторе в направлении движения, нажав одну-единственную кнопку. Сегодня ориентация на север не столь важна для пользователей карт — ведь Google-карты переворачивают мир вверх ногами множеством способов. Возможно, в прошлом идею Эшли Симса не восприняли всерьез, но теперь кажется, что он заглянул в будущее, предвидя необходимость выбирать ориентацию карты в соответствии с нашими потребностями.
Широта и долгота
Location, location, location
Благодаря системе глобального позиционирования (GPS — Global Positioning System) мы можем определять свои точные координаты, находясь в любой точке планеты. Но цифры, обозначающие наше местоположение, например 51°45´14,7˝ с. ш. и 1°15´14,6˝ з. д. (координаты Бодлианской библиотеки в Оксфорде), при ином стечении обстоятельств могли бы быть совсем иными.
Широта определяется относительно плоскости, проходящей через центр Земли перпендикулярно оси ее вращения. При пересечении с поверхностью Земли эта плоскость образует линию, называемую экватором, которая находится на нулевой широте. Параллельные экватору плоскости пересекают поверхность Земли, образуя серию широт, или параллелей. Угол между экватором и этими линиями определяет их широту к северу и югу от экватора. Максимальная широта — 90° — соответствует полюсам.
Подобные воображаемые линии, называемые меридианами, идут с севера на юг перпендикулярно параллелям и сходятся в одну точку на полюсах. Угловая мера этих меридианов относительно определенной точки отсчета называется долготой. В то время как широта — естественная координата, измеряемая относительно экватора, долгота — координата субъективная, основанная на случайном выборе «первого» меридиана, относительно которого она определяется.
Принцип определения местоположения по системе меридианов и параллелей был предложен древнегреческими географами, математиками и астрономами, в частности Дикеархом из Мессены (360 — ок. 290 до н. э.), Эратосфеном Киренским (ок. 275 — ок. 194 до н. э.) и Гиппархом Родосским (ок. 190 — ок. 120 до н. э.). Но чаще всего основоположником этого метода считают Клавдия Птолемея из Александрии (ок. 100 — ок. 170 н. э.). В «Руководстве по географии», написанном ок. 150 г. н. э., Птолемей использовал систему координат для определения местоположения всех известных в то время географических объектов. Хотя составленные им карты не сохранились, в Средневековье его система была заново открыта и переведена на европейские языки, после чего и была принята за основу картографами арабского мира и Европы, а впоследствии также Китая и Японии. Не считая карт, использованных в работе Птолемея, самая ранняя «современная» карта мира с привязкой к широте и долготе была составлена в 1490 г. Хайнрихом Хаммером (Генрихом Мартеллом Германом), работавшим во Флоренции.
Карта мира Хайнриха Хаммера (Генриха Мартелла Германа), 1490. Источник
Поскольку точку отсчета долготы можно было выбрать на свой вкус — либо используя произвольную позицию, либо следуя существующим традициям, — Птолемей определил положение нулевого меридиана на Канарских островах, которые в то время были самым западным из известных географических объектов Земли. Когда в эпоху Великих географических открытий, в XV–XVIII вв., мореплаватели продвинулись дальше на запад, отсчет стали вести от других объектов, выбранных не столь произвольным образом. Появление более совершенных методов определения широты и особенно долготы (долготу в море стало возможным точно измерять лишь после создания хронометров в середине XVIII в., в частности хронометра Джона Гаррисона H4, который в 1761 г. принес своему изобретателю солидную премию) изменило карту мира до неузнаваемости: корректировке подверглись и само ее содержание, и точность расположения объектов.
Многообразие карт в разных странах привело к возникновению большого количества нулевых меридианов — к концу XIX в. существовало более 20 точек, от которых велся отсчет долготы. Вполне логично, что страны — часто из политических соображений — помещали эти точки на собственной территории. Нулевой долготой при составлении карт служили Кадис, Копенгаген, Иерусалим, Париж, Неаполь, Берлин, Цейлон, Рио-де-Жанейро, Тенерифе и даже дом известного японского картографа XVIII в. Такой разнобой представлял серьезную опасность для мореплавателей — ведь они порой использовали карты, составленные в разных странах, с разной системой координат.
Лишь в 1884 г. в Вашингтоне состоялась Международная меридианная конференция, в которой участвовали представители 25 стран. Конференция должна была определить «меридиан, который станет единой нулевой долготой и точкой отсчета стандартного времени по всему миру». В итоге был выбран меридиан, проходящий через Гринвичскую обсерваторию в Лондоне. С тех пор мы отсчитываем долготу к востоку и западу от Гринвича.
Картографические проекции
Искажение Земли
Снимая кожуру с апельсина, мы иллюстрируем важнейшую проблему картографии. Как бы аккуратно мы ни почистили апельсин, кожуру невозможно разложить на столе единой плоскостью. Она будет разделена на фрагменты, между которыми возникнут зазоры. Задача проецирования почти сферического трехмерного объекта на двумерную плоскость карты всегда представляла для картографов сложность.
Картографические проекции восходят к Гиппарху, а математический подход к решению задачи был предложен позже, в частности Марином Тирским (70–130 н. э.). Но революцию в теории и практике проецирования произвел Герард Меркатор (1512–1594), который в 1569 г. составил карту мира, имевшую огромное значение для развития картографии. С тех пор, особенно в XVIII в., появилось множество видов картографических проекций.
«Новое и улучшенное изображение земного шара, в первую очередь для мореплавателей» Герарда Меркатора, 1569. Из книги «Почему Север сверху?» (с. 26–27)
Термин «проекция» был введен в обращение в ходе создания различных методов изображения Земли на плоскости. Представьте, как в прозрачный глобус помещают лампочку, чтобы спроецировать очертания координатной сетки на лист бумаги, приложенный к глобусу. В зависимости от того, где именно находится лампочка — в центре глобуса, на противоположной листу бумаги поверхности или на некотором расстоянии от листа, — координатная сетка складывается в определенный рисунок, который показывает нам, каким образом выполняется проекция и как искажается поверхность глобуса. Меридианы не всегда встречаются на полюсах, параллели не обязательно оказываются параллельны друг другу, а полюса порой превращаются из точек в линии. Кроме того, рисунок зависит от формы листа, на который совершается проецирование. Проекции называются цилиндрическими (когда бумага оборачивается вокруг глобуса), коническими (когда на глобус надевается конус из бумаги) и азимутальными (когда плоский лист бумаги касается глобуса в одной точке). Дополнительную сложность представляет тот факт, что масштаб карты верен лишь в той точке, где бумага касается глобуса (или проходит сквозь него). Проекций бесконечно много. Какой бы подход мы ни выбрали, совершенно очевидно, что при проецировании Земли на плоскую поверхность приходится искажать формы, корректировать площади и менять углы и направления.
Прекрасной иллюстрацией этому служит карта Меркатора. В его цилиндрической проекции, которая широко используется по сей день, любая прямая линия соответствует локсодроме — линии постоянного компасного азимута; это было очень важно для навигации в те времена, когда путешественники стали уходить все дальше и дальше от дома. Но за такое удобство приходится платить: карта Меркатора существенно искажает размеры. В современных версиях карты Гренландия сравнима с Южной Америкой, хотя на самом деле площадь последней почти в восемь раз больше. Во времена Меркатора важны были не столько истинные размеры континентов, сколько простота навигации; но сегодня нам необходимы «равноплощадные» проекции, чтобы проводить достоверные географические сравнения.
Однако такие искажения можно использовать и во благо. Современные картографы имеют возможность выбирать из множества проекций с различными характеристиками и находить компромисс, чтобы свести искажения к минимуму. Проекции можно разделить на равноугольные (сохраняющие верные углы, а вместе с ними и формы), равновеликие (точно представляющие площади) и эквидистантные (точно показывающие расстояния от конкретной точки). Картограф выбирает подходящую проекцию в зависимости от основного назначения карты. Так, равноугольная проекция, верно отражающая формы, но искажающая площади, не подойдет, например, для карты плотности какого-либо показателя.
В 1973 г. немецкий писатель, режиссер и общественный активист Арно Петерс привлек внимание к этим вопросам, создав равноплощадную проекцию, которая, по его утверждению, исправляла ошибку в отображении развивающихся стран на картах мира. В частности, проекция Меркатора преувеличивала (хотя скорее случайно, чем намеренно) площадь территорий богатых западных стран, и Петерс заявлял, что ее использование работает не в интересах развивающихся стран. Его карта — хотя картографы быстро узнали в ней практически точную копию проекции Джеймса Галла, предложенной в 1855 г., — стала использоваться многими международными организациями, в том числе ООН.
Карта мира Арно Петерса (1973). Источник
Проекция Петерса узнаваема по странным удлиненным формам континентов и весьма спорна; однако благодаря ей многие впервые узнали о свойственных картографическим проекциям искажениях и их влиянии на наше представление о мире.
«ОРИЕНТАЦИЯ СЕВЕР»: рождение Субъекта или воля к фантастическому бытию
Голос, пришедший ниоткуда…
Чтобы таким образом, внеконтекстуально и внеисторически, рассматривать событие текста, необходимо произвести гигантскую работу внутреннего сосредоточения, просветления и понимания, рассматривая каждую фразу как интуицию, к которой следует прикоснуться так, чтобы это задело наше собственное, как правило, спящее, мерцающее сознание. Это предполагает трансформацию наличного в нас субъекта, его очищение, метаморфозу и Пробуждение, к которому подвигал нас Гейдар Джемаль.
Озарение Субъектом
Закрытые стратегии Этого и открытый дискурс Иного
Когда мы вчитываемся в сложный дискурс «Ориентации Север», в нашей культурной голове вспыхивают моменты узнавания, мелькают аналогии, почерпнутые из философских и богословских контекстов: так и тянет распознать в дискурсе Джемаля хайдеггерианское рассуждение о «подлинном» и «неподлинном», экзистенциалах, дазайне, прорыве сквозь сущее, фундаменталь-онтологии, усмотреть в тексте гностические мотивы ложного демиурга и закрытия им космоса от истинных духовных веяний Плеромы или обратиться к идеям открытой платонической хенологии. Нам хочется определить неведомое, темное, через то, что нам кажется освоенным, известным, знакомым.
Но сделаем паузу и придем к осознанию, что мы пытаемся применить принцип аналогии там, где эта стратегия (тождества, аналогии), как считал сам Гейдар Джемаль, является сомнительной стратегией бесконечного Этого в отношении невозможного, невыразимого Иного.
Гейдар Джемаль предрекает время преодоления гипноза мира, приглашает внимать призыву и отдает на нашу волю и усмотрение возможность отозваться на Призыв. Мы свободны выйти из защитного кокона условности, из имитации Золотого века, навязанной современным миром; мы вольны «ловить Ветер Проблемы, Ветер Иного, не поднимающий волн». И в каком-то смысле мы предуготовлены породить или реставрировать в человеке Субъектность, ведающую истинное Солнце Духа. Не «исцеление поврежденного бытия», а «разрыв с однородностью реальности»; не тривиальный поток сознания, помешанного на добре, зле, истории, бессознательном и подобной мишуре, не убогая привычка к безопасному структурированию реальности, а решительный отказ от шаблонов научного и философского инструментария; не наше близкое банальное Я – все, в чем мы так уютно устроились, а далекая, глубинная, внутренняя искра в нас, устремленное к Единому и за его пределы, в Открытое.
Фотография с презентации нового издания книги Г.Джемаля «Ориентация Север»
Воля к Мысли
Но не вброшены ли мы в мир с субъектной искрой внутри как невозможный отблеск небытийной Мысли? И не расцвет ли нашей субъектности вершит создание в земных пределах анклава «фантастического бытия», в котором точка свидетельствования в сердце синхронизирована с истинным, не пародийным замыслом о мире? А ум наш на мгновенье пересекается с πρόνοιαι θεῶν, провидением Нереального Абсолюта, чтобы стать соучастником его невозможного замысла? Во вспышке пробудившегося свидетеля, в соединении нескольких и многих свидетелей, в напряжении их воли и веры к вторжению непостижимой Божественной мысли в «здесь и теперь», где смысла нет, и заключен нерв доктрины Пробуждения. Интервенция Духа на дно реальности, приход Мысли в то, что Мысль отрицает, то есть в наличное бытие, обращение Духа к точке нетождества внутри нас, открывает путь воина в его провиденциальной миссии.
Платформы объектных онтологий: растворение субъекта
Современный мир массированно взращивает платформы т.н. «объектных онтологий», перемещающих акцент в субъект-объектных отношениях в сторону доминации объекта, его первичности, автономной состоятельности, укорененности в материальном. Карикатурная мудрость современной Кибелы нашептывает о невероятной витальности нечеловеческих актантов, фасцинативности предметных пульсирующих агентов, о живущих энергичной жизнью ассамбляжах телесности – от стволовых клеток или конгломератов искусственного интеллекта вплоть до «живого мусора», «токсических потоков со свалок». Все это автономное шевеление материи, якобы, предопределяет динамику человеческого сознания, его границы, целеполагания, да и вообще обеспечивает вполне сносную альтернативу человеческому уму. Современные люди готовы утопить свою божественную Субъектность в подвижности неорганической или органической материи, в цепи динамических случайностей, в горизонтальных отношениях между людьми и другими материальностями, с не менее вздорными и хищными свойствами, чем у людей.
Наша безвкусная эпоха рекомендует не изымать Меч Мысли из камня, а утопить его еще глубже в материи, чтобы человек предстал «как смесь минералов или костей», обладающий богатым набором способностей, «приправленных разумной душой». Для обретения «человеческого процветания и счастья» нам предлагают всего лишь «повысить статус материальности, из которой мы состоим».
Лучезарный жест Радикального Субъекта
Но довольно современных примеров около философской пошлости, мы же обязали себя ранее не пересекаться со слабоумными грезами!
Величественный текст Гейдара Джемаля призывает нас свершить волевой жест учреждения неотчужденной, подлинной Субъектности – лучезарный жест обретения новой связи со Смыслом. И мы предвкушаем обретение понимания Человеком этого священного задания, сформулированного в филигранной книге Пробуждения «Ориентации Север».
Смысл песни Лолиты Милявской «Ориентация Север»
Лолита Милявская родилась в Украине, но ее жизнь сложилась так, что живет она и поет в России. С началом действий на Майдане в Украине она сказала, что готова всю жизнь есть только продукты российского производства и выступала против событий на Майдане. Была участницей кабаре-дуета “Академия”, записывала сольные альбомы, которых за время ее творчества насобиралось уже очень много.
Пожалуй, самая ее популярная песня — “Ориентация Север”. По ней узнают исполнительницу — у Лолиты действительно есть несколько хитов, которые характерны только для ее манеры написания и исполнения.
В чем смысл этой песни? В ней заложена история о любви девушки и парня, но она не увенчалась успехом. Девушка была влюблена в парня, но судя по всему, он ее очень сильно обидел, и поэтому она больше не хочет терпеть подобных надругательств над своей душой.
Это песня о том, что нужно вовремя говорить о своих чувствах, не утаивать и сразу говорить о том, что не устраивает или причиняет боль. Это правильная позиция каждого адекватного человека. Если мы попадаем в токсичные отношения, то не сразу осознаем, что пребывание в них способно нам навредить. Спустя некоторое время мы осознаем, что человек, который рядом, тянет нас на дно и не дает развиваться ни отношениям, ни себе и людям рядом. Важно вовремя понять это и скорее заканчивать эти отношения, потому что они ник чему хорошему не приведут.
Лирическая героиня говорит о том, что внутри нее уже все стихло и умерло, поэтому нет смысла продолжать дальше строить отношения. Так действительно происходит и в реальной жизни: чем больше сил, нервов вкладывает человек в отношения, не чувствуя хоть какой-то отдачи, тем быстрее у него внутри все перегорает и остывает.
Отношения — это каторжная работа двоих людей, которые хотят быть вместе. Каждый их них должен вносить свою лепту, стараться строить союз таким образом, чтобы в нем было комфортно обоим. Но если появляется какое-то напряжение или чувствуется слабина — люди отдаляются. и, если ничего с этим не делать, — расстаются.
Смысл песни простой: нужно любить того человека, который рядом, ценить его и стараться, чтобы отношения каждый раз выходили на новый уровень, а не утопали в ссорах и недопонимании. Очень легко разрушить то, что строилось годами, но терпит крах из-за недопониманий или влияния рутины. Тяжело вернуть все на свои места, когда уже все разрушено. Но когда отношения еще можно спасти — стоит браться за их спасение, потому что положено слишком много усилий, чтобы просто так от всего этого отказаться.
Песня достойна внимания слушателя из-за нарушенной в ней проблемы, потому что это действительно сейчас очень актуально, тем более для современного поколения, которое чуть что — сразу подает на развод и бежит прочь от токсичного человека. Гораздо проще убежать от проблемы, чем постараться найти адекватное ее решение. Стоит бежать только в том случае, если уже точно нет выхода и есть четкое понимание того, что эти отношения уже нельзя спасти. Что, собственно, и делает лирическая героиня этой музыкальной композиции.
